По словам президента Медведева,
преобразования оборонной сферы России завершены. Каковы итоги?
Фактическое
прощание Медведева с армией произошло на коллегии Министерства обороны РФ. На ней
пока еще глава государства с видимым удовлетворением заявил: «Реформирование
Вооруженных сил практически завершено, большинство частей и соединений готовы
приступить к выполнению боевых задач в кратчайшие сроки, оптимизирован состав
межвидовых группировок войск, а благодаря новой структуре округов повысилась
эффективность планирования и управления их действиями».
В общем, по мнению
Медведева, своему то ли преемнику, то ли предшественнику он оставляет армию
сильной, боеспособной и современной. В подтверждение своих слов гарант
Конституции отметил, что в 2008–2011 годах в войска поставлялись
преимущественно современные образцы вооружений и военной техники. В результате
их доля увеличилась с 10% до 16%, а интенсивность боевой и оперативной
подготовки выросла в три раза.
Министр обороны
РФ Анатолий Сердюков детализировал
Верховного: за этот период удалось полностью перевооружить новыми и
модернизированными образцами вооружений и военной техники более 250 воинских
частей. В частности, по его словам, «с 2008 по 2011 год в войска поставлены
39 межконтинентальных баллистических ракет, две подводных лодки, четыре
надводных корабля, пять боевых катеров, 374 летательных аппарата, 12 ракетных
комплексов «Искандер», 713 других образцов ракетно-артиллерийского вооружения,
более 2,3 тыс единиц бронетанкового вооружения и техники, 79 зенитных ракетных
комплексов войсковой ПВО, 106 комплексов ПВО ВВС, около 40 тыс автомобилей».
Нельзя не
отметить, что реформа российских Вооруженных сил, начатая в 2008 году,
действительно оказалась едва ли не главным детищем Медведева на посту
президента. Изменения в военной организации страны произошли кардинальные. В
отличие от осмеянной обществом реформы милиции, которая фактически свелась к
переименованию ее в полицию. Вот только все ли изменения на пользу обороне?
Напомним, что
военная реформа с самого начала была воспринята обществом, мягко говоря,
неоднозначно. Прежде всего, это относится к масштабному сокращению численности
армии с 1,2 млн до 1 млн человек, когда большую часть уволенных составили
офицеры. Прапорщиков и мичманов извели вовсе. Другое приоритетное направление –
перевооружение армии – также столкнулось с серьезными проблемами, в частности с
хроническим невыполнением гособоронзаказа по целому ряду важных направлений и
ценовыми скандалами между Минобороны и военно-промышленным комплексом.
За комментариями
«Свободная пресса» обратилась к бывшему члену коллегии Минобороны РФ, в
прошлом - начальнику Главного управления международного военного сотрудничества
МО РФ, генерал-полковнику Леониду Ивашову:
– Честно говоря, я
рад, что закончились эти почти 25-летние реформы, начатые еще при Горбачеве и
непрерывно продолжавшиеся все это время. Когда в июне 2001 года мы с тогдашним
министром обороны Сергеем Ивановым возвращались из Минска, он заговорил о
военных реформах. Я ему сказал: «Прекратите говорить об этом». Иванов удивился:
«Почему?». Тогда я предложил ему эксперимент: пусть на следующий день, придя в
свой кабинет, позвонит главнокомандующему какого-нибудь вида вооруженных сил и
спросит, каковы главные задачи на июнь. Тот наверняка ответит: «Реформа». То
есть через это волшебное слово как бы снимается ответственность за
боеготовность армии, ее техническое состояние. Потому что главная задача -
«реформа». Иванов провел этот эксперимент. Ровно такой ответ дали во всех видах
Вооруженных сил, кроме моряков. И вот представьте: двадцать с лишним лет наша
армия занимается только «реформами».
«СП»: - Каков
итог? Медведев заявил, что Вооруженные силы теперь «отвечают современным
угрозам и способны дать ответ на потенциальные угрозы в наш адрес». Это так?
– Когда я слышу
такие утверждения, у меня возникает простой вопрос: «Вы выявили масштабы и
характер угроз военной безопасности России?». На сегодняшний день атласа угроз
нет, а войска якобы готовы их отражать. Угрозы не указаны ни в военной
доктрине, ни в других документах. Но если так, то встает вопрос: «А к чему
войска и силы флота готовы?»
Если говорить об
угрозах, - их упоминает Владимир Путин в предвыборной статье о национальной
безопасности. Но если посмотреть на состав Вооруженных сил, то наши нынешние
войска бригадного типа не способны противостоять вероятному противнику ни на
Западе, ни на Юге, ни на Востоке. И совершенно не готовы отстаивать наши
интересы в Арктике, где сегодня формируется новый театр военных действий в
борьбе за ресурсы.
У нас уже
фактически нет военной разведки как системы, способной обеспечить информацию о
формировании угроз и подготовке к ударам. Уже идут споры о том, кому передать
остатки Главного разведуправления Генерального штаба: то ли ФСБ, то ли СВР.
У нас нет военной
науки, что признал начальник Генштаба. В новой конфигурации не сложилась
система управления Вооруженными силами. Нет надлежащего военного образования.
Когда в результате военной реформы не появляются, а, наоборот, разрушаются
важнейшие элементы обороноспособности страны, говорить о каких-то успехах едва
ли возможно. Плюс ко всему, когда торговец встал во главе Министерства обороны,
он превратил всю систему Вооруженных сил в коммерческую организацию. Приведу
пример: на острове Русский военное ведомство закупило 3400 квартир, выполняя
решение партии «Единая Россия» и правительства. Но там число офицеров, которым
требуется жилье, измеряется десятками, а не тысячами. Что это? Ошибка,
профанация или явная коррупция?
Такая же ситуация
у нас и по закупке вооружений: когда военный прокурор говорит, что в результате
этих реформ сегодня каждый пятый бюджетный рубль, поступающий в Минобороны,
разворовывается, становится страшно. Причем, прокуроры делают такие заявления
на основе только установленных фактов. А сколько их не установлено? То есть в
результате военной реформы у нас уже не армия, а воровская организация.
«СП»: - Что вы
думаете об утверждении, что доля современных образцов вооружений и военной
техники в войсках увеличилась с 10% до 16%?
– Это тоже «от
лукавого». Когда у нас было много дивизий, процент современной техники был
низкий, потому что новая техника практически не поступала. Теперь эти воинские
части сократили. Причем сократили, разумеется, самую старую технику. В
результате доля современных образцов повысилась, но реально современных
образцов все равно поступают единицы. Кроме того, наша внешняя и внутренняя
политическая стратегия довела нас до такого состояния, экономика превратилась в
топливно-сырьевую и пропала индустриальная база для обороны. Нет электроники,
нет приборостроения, точного машиностроения и т.д.
«СП»: - На
заседании коллегии Анатолий Сердюков заявил, что напряженность в
военно-политической сфере увеличивает риск втягивания РФ в различные военные
конфликты. Первой из угроз он назвал развертывание элементов американской
противоракетной обороны в Европе. На эту же угрозу обратил внимание и Медведев,
сказавший, что к 2017–2018 годам Россия должна быть готова «в полном объеме» дать
ответ на развертывание ЕвроПРО. Действительно ли это главная угроза для нас
сегодня?
– Да, безусловно,
это угроза. Но - не главная для страны. Это ложная цель, на которую нас
отвлекают. Почему мы говорим только о европейской системе ПРО, но не обращаем внимание
на морскую составляющую – группировку кораблей с системой «Иджис», курсирующую
у наших берегов?
А концепция
быстрого глобального удара (перспективная разработка вооруженных сил США,
которая должна позволить им нанести удар неядерным вооружением по любой точке
планеты в течение часа – прим. «СП»), которая примеряется на нас?
Разве не угроза? Она введена в действие еще Бушем-младшим в 2003 году.
Кроме того, у нас
сегодня нет серьезных военных союзников. С военно-стратегической точки зрения
мы не знаем, кто нам ближе: Китай, Индия или блок НАТО? Потому и происходит
постоянное заигрывание с Западом, несуразные заявления и решения. В результате
у нас не осталось серьезных союзников. То есть нужного баланса сил мы не
выстроили. По причине всего сказанного однозначно оцениваю результаты реформы
негативно.
Фото: Александр
Миридонов/Коммерсантъ
Комментарии
Отправить комментарий